* * * И снова весна Наступает без крика «Вперёд!» На крики «Ура!» – Невесеннее оцепененье. Молчит воробей. Если рот свой раскроет – соврёт. Соседская кошка От запаха крови пьянеет. Привычно темно. И обстрелам не видно конца. Деревья без веток – Как будто их ветром сломало. А кукла в подвале Не знает про свинство свинца – Про звукопись ночи Твердит при нажатии «ма-ма».
Операция без хирурга Два зелёных свистка – И любовный завял треугольник. Ни зимы, ни весны, Ни фамилий, ни спичек, ни свеч. Облетают пруды. А деревьям плевать с колокольни. От большого ума Хочет пуля в берлоге залечь. Кто надел камуфляж, По ночам до двухсот не считает. Предстоит просто выжить. И вызнать, чем гасят мандраж. Потемнело в глазах. Это значит, что мир не читаем. И смешались в одно Русский бункер, букварь, Бумбараш.
Неотправленный мейл ... А еще ты мне утром приснилась. Без цветов и гитары, прости. Кем я стал, не соврет поясница – Без подсказок таблеток в горсти. Ты приснилась мне, честное слово. Мне запомнились крики "Вперед!"... А еще как состав из Ростова Молодых и здоровых везет.
Итоги От спелой зимы – кожура да оскомина к ночи. От храброй улыбки останется стиснутый рот. От бабьего лета – влюбленности пестрые клочья И новый замок, что на третий закрыт оборот. От всей Маргариты останется крохотный Мастер. Кота Бегемота не тронут, я это пресек. От стопки монеток – лишь капля монетного масла. От сборника сказок – включенная лампа, и все. Налил и не выпил: из водки сбегут витамины. И ложка тарелку обыщет – да без понятых... Зачем-то завод выпускает фугасные мины. Зачем-то война оставляет безногих в живых.
*** Где-то август, а где-то Пехота штурмует высоты. Пулемет умоляет Листву породниться с травой. Можно сбиться со счета: Двухсотый, двухсотый, двухсотый… Это – случай. Причем – рядовой, рядовой, рядовой. Часовая с минутной Шаг в шаг переходят границу. Тишина не стреляет в висок, А дубасит под дых. Если Случай – фамилия, Отчество не пригодится. Обороноспособность – Не знать имена рядовых.
Новый свет Выспались камни И стали расплющивать волны. Скажут враги: Ерунда, воспаленье зимы. Каждый четверг Замышляются новые войны. Каждый апрель Выползают сосульки из тьмы. Час до рассвета. И боязно вздрагивать стрелкам. Страшно, когда На пилу ополчился топор. Сосны нас учат Искусству проигрывать с треском. А в театральных училищах Вновь недобор.
Опять метель Двухсерийное кино. Белое вино. Белоснежное белье. Долгий взгляд в окно.
Трехсерийное кино. Водка из горла. Ящик водки. Крупный план. Храп из-под стола.
Детектив на сериал. Падающий снег. Кто его отправил к нам в двадцать первый век?
Про войну — короткий метр. Камера, мотор. Только титры в нем — нон-стоп. Титры до сих пор.
КБ В будущем нет потопа. В будущем я женат. Каждому личный тополь. Каждому свой гранат. В белом ходить не мне. Белый идет волне.
Кто выбирает штопор, Выбросит автомат. Каждому личный тополь. Каждому свой гранат. В синем не видно рук. В синем не слышен звук.
В прошлое смело топай, Если не экспонат. Каждому личный тополь. Каждому свой гранат. Красное льется вниз. Красному не молись.
Вместо У дрона-камикадзе – ни дома, ни семьи. Никто не замечает окопной тесноты. Войну ведут устало чужие и свои. Дожившим до рассвета – дожить до темноты.
Знают штык и лопатка саперная, Знает лента святого Георгия: Вместо синего неба – черное, Вместо Черного моря – горькое. Знает степь и реки с озерами, Знают холмики в роще липовой: Вместо синего неба – черное, Вместо Черного моря – липкое.
Я об одном мечтаю: придет домой солдат, Водою ключевою лицо ополоснет, Посадит свой орешник, свой тополь, свой гранат – И грустно улыбнется, услышав крик «Вперед!»
Апокапониманиечеткое: Продвигается армия сильная, Вместо синего неба – черное, Вместо Черного моря – пыльное. После тех – тишина будет мертвая, После этих – земля будет мерзлая… Вместо синего неба – черное. Вместо Черного моря – черствое.